Нерадивая дочь - Лариса Джейкман

– Ну а с Изольдой что мне делать? Я же не могу вот так все оставить, нужно же принять какие-то меры.

– Поговори с ней еще раз. Скажи, что ты знаешь о том, что она рылась в твоем телефоне, попроси объяснения. Я думаю, после этого она должна будет сама уйти или признаться тебе в чем-то.

– Да сколько ж можно с ней разговаривать? Я уж и так неоднократно пыталась подступиться к ней, но она молчит. Просто молчит и все.

– Попробуй еще раз. Последний. Потом будем решать.

Такие проблемы Татьяне конечно же были не нужны в настоящий момент, в преддверии нового года. Она считала, что все налажено в ее магазине, все на своих местах, торговля идет успешно. И вот на тебе! Неприятности, как снег на голову. Она попросила Изольду задержаться после работы, решив поговорить с ней еще раз, но тут зазвонил телефон. Это был звонок от Франко.

– Здравствуй, Татьяна! Быстро расскажи, как идут дела, – произнес он в своей деловой манере.

Она посвятила его во все нюансы: объемы продаж, дневная выручка, количество покупателей, заказов и тому подобное. Темы Изольды она решила пока не касаться. Но Франко сам вышел на этот разговор. Сначала он заявил:

– Я рад, что не ошибся в тебе. Отличная работа. Хочешь приехать за партией последних образцов после нового года?

Татьяна долго не раздумывала.

– Ну разумеется, Франко! Что за вопрос? А Изольда? Ее ты тоже пригласишь?

– Нет. Она останется исполнять твои обязанности на время твоего отсутствия.

«Тренирует для будущей работы директора или старшего менеджера, не иначе», – мелькнуло у Татьяны в голове, а Франко продолжил:

– Скажи мне, что у вас там за проблемы с Изольдой? У тебя есть жалобы?

Татьяна растерялась немного, так как к этому разговору готова не была. Но пришлось отвечать и говорить правду, так как другого ничего не придумаешь за такой короткий срок. Да и зачем?

– Жалоб нет, но довести до твоего сведения кое-что я должна, наверное.

И Татьяна рассказала о том, что застала ее в магазине в неурочный час, вечером выходного дня и не одну, а с мамой.

– Ну это никуда не годится! Она мне позвонила и сообщила, что была после работы на примерке, когда магазин уже закрылся. Ты об этом узнала и теперь не даешь ей покоя.

– Франко, а почему она звонит тебе напрямую? У вас что, налажен личный контакт? – спросила в свою очередь Татьяна.

Грюони промолчал. Но затем вновь высказался:

– Хорошо, я понял тебя. Реши эту проблему сама. Я даже вникать не буду. Поговорим при встрече. Как Макс?

– Прекрасно Макс, трудится. Благодаря его стараниям, твоя реклама пестреет на всех модных и популярных страницах московской прессы.

– Наша! Наша реклама, а не моя. Мы с вами делаем общее дело, Татьяна. И я вам за это неплохо плачу, как ты считаешь?

– Спасибо, Франко. Мы ценим твою заботу. Нам просто повезло с тобой.

– А мне с вами. Ну все, пока. Не обижай там Изольду сильно, но такого чтобы не повторялось! – закончил он и отключился.

Не успела она оторвать от уха свой телефон, как в офис вошла Миллер собственной персоной.

– Татьяна Георгиевна, посетителей не очень много, в основном любопытствующие. Может быть поговорим сейчас, девочки там сами справятся.

– Хорошо. Присаживайся. Итак, ты оказывается звонила Франко, но информацию выдала неточную. Мы тебя застали не после закрытия магазина, а в выходной день. Это большая разница, ты не находишь?

– Он, наверное, не понял. Я ему так и сказала, – отпарировала Изольда.

– Хорошо, мы все здесь чего-то недопонимаем, как я погляжу. Итак, девочка. У тебя остался последний шанс сказать мне правду, какой бы она ни была. А вопрос все тот же: что вы с Маргаритой Сергеевной, твоей мамой, делали здесь в тот вечер? Зачем вы проникли в магазин?

Изольда низко опустила голову и вдруг заговорила:

– У нас с моей мамой к вам тоже есть вопрос: какое отношение вы имеете к смерти моего отца и к тому, что его завещание не вступило в силу в полной мере? Вы можете мне ответить честно?

Это был не то, чтобы неожиданный вопрос, но очень прямой, жесткий, и было понятно, что ответ на него ей придется дать прямо сейчас, без подготовки.

– Ах вот оно что! Ну наконец-то хоть что-то стало проясняться. Значит ты, воспользовавшись нашим доверием и хорошим расположением к тебе, устроилась сюда на работу для выяснения своих семейных проблем и поиска виноватых? Я правильно тебя поняла?

– Не совсем. Я очень хотела здесь работать. Но так сложились обстоятельства, что работать пришлось именно с вами. Я узнала о вас из газет. Ваше имя мне было знакомо и раньше, конечно, еще когда вы работали в компании отца. А затем этот магазин, и опять вы.

– И что? Какая взаимосвязь?

– Татьяна Георгиевна, мой отец был убит в тот вечер, когда вы были с ним в командировке. Затем ваша помощь Валерии Андреевне, жене отца. Понимаете, он просто не успел оформить развод с ней. Поэтому его завещание и было пересмотрено в суде, она так и осталась его законной женой на момент смерти. Если бы он с ней развелся, то у нее не было бы шанса. Есть такое выражение: идти по трупам ради достижения своих корыстных целей. Именно это и совершила Валерия с вашей помощью.

– Ну вы же сами сказали, что на момент смерти она была его законной женой. Она просто затребовала свое.

– Да, но через пару недель она бы уже не была его законной женой, но тут он внезапно погибает. А вы рядом. В центре событий. И я хочу знать, какую роль вы сыграли во всем этом и добиться правды: кто убил моего отца. И добьюсь!

Татьяна потеряла нить разговора. Что-либо доказывать этой гневно настроенной девушке или тем более в чем-то оправдываться она не считала нужным. Но тем не менее, она собралась с духом и выдвинула Изольде встречную претензию:

– Объясните мне пожалуйста, зачем вы рылись в моем телефоне в тот поздний вечер, когда я застала вас здесь? Что вы там хотели найти?

И тут растерялась Изольда. Ее глаза вспыхнули недобрым огоньком, она немного привстала, поправила свою и без того безукоризненную юбку и быстро огляделась по сторонам, глядя наверх.

– Вы выдали себя этим непроизвольным жестом. Вы камеру ищете? Не трудитесь, я и так знаю доподлинно, что мой телефон был в ваших руках, причем довольно долго. Итак, что вы искали?

Неожиданно девушка расплакалась. Это было так не похоже на всегда выдержанную, уверенную в себе Изольду, что Татьяна удивилась до глубины души. Она налила воды в стакан, протянула его ей и попыталась успокоить.

– Изольда, вы глубоко симпатичны мне, более того, я вам сочувствую в вашем горе, но я не терплю двуличия и людей, которые действуют против меня, но за моей спиной, исподтишка. Я не знаю, кто убил Бориса Магомедовича, и я к этому не причастна совсем. Вы мне верите?

– А что мне остается делать? И все же, я хочу найти убийцу. Полиция не торопится, во всяком случае, нам ничего нового из Санкт-Петербурга не сообщают. А здешние следователи естественно ссылаются на них.

– Вы с мамой кого-нибудь подозреваете? У вашего отца были откровенные враги, о которых вы знаете?

– Нам этот вопрос уже сто раз задавали. Мы никого не подозреваем.

– Ладно, сделаем так. Давайте успокоимся для начала, закроем магазин и разойдемся по домам. Утро вечера мудренее. Завтра суббота, возьмите выходной, отдохните два дня по-хорошему. А я вам позвоню и договоримся о встрече. Можете прийти вместе с мамой, если она пожелает, обсудим все еще раз и попробуем найти концы. Договорились?

Девушка быстро закивала в ответ и со словами «спасибо вам» вышла из офиса.

16. Страсти накаляются

В этот же вечер Татьяна встретилась с Максимом. Тот был на седьмом